Артём устроился в кресле так вальяжно, будто это был не переговорный кабинет, а его личный тронный зал. По правую руку от него сидела мать, по левую — сестра Кира со своим мужем. Я заняла место напротив, за массивным столом. Одна. Без родственников за спиной, без юриста рядом и без малейшей дрожи в пальцах.
— Ну что, Полина, давай без лишних спектаклей и сразу по делу, — Артём растянул губы в той самой улыбке, которая когда-то казалась мне почти неотразимой. — Автосервис остаётся мне. Квартира тоже моя, я купил её ещё до свадьбы. Тебе — машина и мебель. По-моему, вполне честно.
Его представитель, молодой мужчина в дорогом костюме, важно кивнул. Судя по выражению лица, гонорар он уже получил и теперь старательно изображал уверенность.
В браке мы прожили восемь лет. Познакомились в Полтаве, когда я работала бухгалтером в торговой фирме. Артём тогда только запускал свой автосервис: небольшой арендованный бокс где-то на окраине, два подъёмника и грандиозные планы, о которых он говорил с утра до вечера.
— Артём, может, не стоит так жёстко? — Кира попыталась придать голосу сочувствие. — Всё-таки Полина восемь лет была рядом. Оставь ей хоть что-нибудь.
— Так я и оставляю! — раздражённо отозвался он. — Машину! Пятилетнюю Киа! Нормальная машина, между прочим!
Его мать презрительно фыркнула и поправила очки на переносице.
— Ещё и щедро для неё. Она ведь толком нигде не работала, всё больше дома сидела.
Я не стала отвечать. Просто смотрела в окно. За стеклом тянулась серая октябрьская Полтава, дождь монотонно бил по подоконнику. За эти годы мастерская Артёма разрослась: уже не один бокс, а три, десять работников, постоянные клиенты и приличный доход. Он любил рассказывать знакомым, как поднял дело с полного нуля.
Только слово «ноль» в этой истории было слишком удобным преувеличением.
Юрист Артёма, Станислав Павлович, раскрыл папку и деловым тоном произнёс:
— Полина Андреевна, предлагаю зафиксировать ваше согласие. Вы получаете автомобиль Киа Рио 2018 года выпуска. За Артёмом Владимировичем остаются автосервис, квартира и два земельных участка.
— То есть, кроме машины, мне ничего не полагается? — впервые за всё время спросила я.
— Машину же получаешь! — Артём ударил ладонью по столешнице. — Полина, хватит уже капризничать. Ты прекрасно знаешь, что автосервис я создавал сам. Ещё до тебя.
— До меня у тебя был только один арендованный бокс.
— И что с того? Я его развивал!
— На какие средства?
Артём запнулся. Его взгляд быстро метнулся к юристу. Станислав Павлович перелистнул несколько листов и уверенно ответил:
— На личные средства. Артём Владимирович оформлял кредиты, вкладывал прибыль от деятельности.
Я расстегнула сумку и достала оттуда тонкую папку. Спокойно положила её перед юристом.
— Это ещё что? — Артём сразу нахмурился.
— Бумаги. Ознакомьтесь.
Станислав Павлович взял папку и начал читать. Сначала его лицо сохраняло профессиональную невозмутимость, потом на нём мелькнуло недоумение, а через минуту появилась уже вполне заметная тревога.
— Артём Владимирович, нам необходимо обсудить это отдельно.
— Говори здесь, — резко бросил Артём. — Какие ещё тайны?
Юрист кашлянул, достал первый лист и аккуратно положил его на стол.
— Передо мной договор займа. Согласно ему, Полина Андреевна передала вам восемьсот тысяч гривен семь лет назад.
— Какой ещё заём?! — Артём вскочил с места. — Полина, ты что несёшь?
Я смотрела на него спокойно, не повышая голоса.
— Вспомни, как ты снимал второй бокс. Тебе срочно нужны были деньги на оборудование. Ты попросил у меня взаймы. Я дала. И мы оформили всё письменно.
— Это были семейные деньги!
— Нет. Это были мои накопления, которые появились у меня ещё до брака. И передала я их тебе под расписку.
Мать Артёма всплеснула руками.
— Артём, о чём она вообще говорит?
Станислав Павлович тем временем продолжал разбирать документы. Чем дальше он читал, тем мрачнее становился.
— Здесь есть ещё договор инвестирования. Полина Андреевна внесла шестьсот тысяч гривен в расширение автосервиса. Пять лет назад.
— Я такого не подписывал! — лицо Артёма налилось красным.
— Подписывали, — сухо ответил юрист. — Вот ваша подпись. Документ удостоверен нотариально.
Он вынул копию и развернул её к Артёму. Тот выхватил лист, уставился на него так, будто бумага могла исчезнуть от одного взгляда. Но подпись была его. И нотариальная отметка тоже стояла на месте.
— Я… я этого не помню, — выдавил он наконец.
Я слегка наклонилась вперёд и напомнила ему тот разговор, в котором он сам убеждал меня оформить всё именно так.
