В четверг, ровно к двум часам дня, когда в учреждениях как раз заканчивался обеденный перерыв, Ирина подъехала к административному корпусу треста «Монолит». Здание выглядело внушительно: четыре этажа красного кирпича, тяжелые входные двери, турникеты в холле и охранник в темной форме, смотревший на посетителей так, будто заранее подозревал каждого.
— К кому направляетесь? — сухо спросил он, смерив Ирину внимательным взглядом.
— Мне нужно зарегистрировать официальный входящий документ для отдела кадров и бухгалтерии, — спокойно произнесла она и протянула паспорт. — Желательно передать его в юридическую службу либо лично главному бухгалтеру. Вопрос касается финансового урегулирования задолженности одного из ведущих сотрудников.
Слова про «финансовое урегулирование» сработали лучше любого объяснения. Охранник сверил данные, заполнил разовый пропуск, поставил отметку в журнале и кивнул в сторону лестницы.
— Второй этаж. Кабинет двести двенадцать. Там расчетный отдел, главный бухгалтер тоже у себя.
Ирина поднялась наверх без спешки. Внутри у нее было странно тихо и твердо, словно все лишние эмоции уже перегорели. Ни тревоги, ни колебаний не осталось. Ее доверие использовали, ее добротой воспользовались, ее состояние и переживания превратили в повод для насмешки. Теперь настал момент, когда за красивые слова и чужие деньги следовало отвечать не в семейной кухне, а официально.
Дверь с табличкой «Бухгалтерия. Расчетный отдел» оказалась приоткрытой. За ней находился большой светлый кабинет: пять рабочих столов, стопки папок, кипы документов, скоросшиватели, чашки с кофе, аккуратные календарики и мониторы с таблицами. В воздухе смешались запах свежесваренного кофе и дорогого парфюма.
В центре кабинета, словно хозяйка маленького трона, сидела Дарья. На ней было новое платье нежного кремового оттенка, а пальцы с идеальным бордовым маникюром лениво перелистывали глянцевый каталог заграничных туров. Рядом крутились три сотрудницы помоложе, внимательно ловившие каждое ее слово.
— Я девочкам в турагентстве сразу сказала: эконом нам даже не показывайте, — громко рассказывала Дарья, явно наслаждаясь произведенным эффектом. — Мы с Андреем любим комфорт и простор. Если уж отдыхать, то нормально, с размахом. А считать каждую копейку — это удел тех, кто ничего в жизни не добился. Вот моя старшая сестрица всю жизнь по цехам пыль глотает, а толку никакого. Вечно пытается у меня перехватить до зарплаты. Я ей говорю: надо уметь крутиться, надо уметь жить красиво!
Молодые учетчицы сочувственно и восхищенно закивали. Только женщина постарше, сидевшая у окна за массивным столом с табличкой «Главный бухгалтер Наталья Юрьевна», едва заметно сжала губы и не оторвалась от экрана.
Ирина сделала шаг, затем второй и полностью открыла дверь. Петли негромко скрипнули.
— Добрый день, — произнесла она достаточно громко, чтобы ее услышали все.
Разговор оборвался мгновенно. Дарья подавилась фразой, дернулась, и чашка в ее руке звякнула о блюдце. На документ рядом расплескалось несколько темных капель кофе. С лица сестры за одну секунду исчез весь демонстративный блеск; вместо самодовольной улыбки проступило растерянное, почти испуганное выражение.
— Ирина? — Дарья вскочила из-за стола и судорожно одернула подол платья. — Ты что здесь делаешь? Посторонним нельзя находиться в рабочей зоне! Немедленно выйди в коридор. Я освобожусь и сама к тебе выйду!
— Нет, Дарья, в коридор я выходить не буду, — ровно ответила Ирина и прошла дальше, не обращая внимания на ее суетливые жесты. — Я пришла по официальному вопросу. Он напрямую связан с твоей деловой репутацией, финансовыми обязательствами и порядочностью как сотрудника.
Главный бухгалтер наконец отложила бумаги, сняла очки и посмотрела на посетительницу уже совсем иначе — не как на случайную женщину с улицы, а как на человека, явившегося не с пустыми руками.
— Уточните, пожалуйста, с чем вы к нам, — сказала она. — Если речь о расчетах с подрядчиками, прием у нас после трех.
— Речь о досудебном урегулировании задолженности вашего ведущего специалиста, — Ирина подошла к ее столу и положила на полированную поверхность плотную папку. — Меня зовут Ирина Павловна. Полгода назад гражданка Дарья получила у меня в долг триста двадцать тысяч гривен. Передача денег подтверждена собственноручной распиской и банковским переводом с указанным назначением платежа. В оговоренный срок сумма возвращена не была. Более того, должница прямо заявила, что платить не собирается, ссылаясь исключительно на родственные отношения.
По кабинету прошел едва слышный шум. Молодые сотрудницы переглянулись, и их взгляды тут же переместились с туристического каталога на покрасневшую Дарью.
— Да ты ненормальная! — прошипела Дарья, бросаясь к столу начальницы и пытаясь схватить документы. — Наталья Юрьевна, не слушайте ее! Это обычные семейные разборки! Она мне завидует, вот и пришла устроить спектакль перед коллективом!
— Дарья, уберите руки от бумаг, — холодно произнесла главный бухгалтер.
Этого тона оказалось достаточно. Дарья замерла, но глаза ее метались от папки к Ирине и обратно. Наталья Юрьевна раскрыла документы и внимательно стала читать первый лист.
Ирина стояла спокойно, сложив руки перед собой.
— В папке находится официальная досудебная претензия, расчет процентов за пользование чужими денежными средствами с учетом требований гражданского законодательства Украины, копия расписки, а также выписка с моего банковского счета. В понедельник заявление о выдаче судебного приказа будет направлено в суд по месту регистрации должницы. Поскольку долг подтвержден письменными доказательствами, а спор о самом факте обязательства отсутствует, судебный документ может быть выдан в упрощенном порядке и без затягивания процесса.
Наталья Юрьевна медленно перевернула страницу и задержала взгляд на подписи Дарьи. В кабинете стало так тихо, что было слышно, как где-то щелкает клавиатура на соседнем столе.
— И какое отношение все это имеет к нашей организации? — спросила главный бухгалтер, уже без прежней отстраненности.
Ирина чуть наклонила голову и ответила тем же ровным, почти деловым голосом:
— В соответствии с законодательством Украины об исполнительном производстве взыскатель после получения исполнительного документа имеет право обратиться за удержанием задолженности по месту официального получения дохода должника.
