Войдя в кабинет, Андрей коротко представился и без лишних вступлений изложил главному врачу всё, что успел узнать. Его интересовало одно: кто была та женщина, которая, находясь в больничной палате, подписала отказ от новорождённой девочки. Алексей Дмитриевич нахмурился, задумался на несколько секунд, а потом тяжело вздохнул. Он вспомнил эту пациентку. По его словам, спасти её уже не удалось: болезнь зашла слишком далеко, организм был истощён, и медицина оказалась бессильна. Врач передал Андрею копии имеющихся бумаг и честно признался, что больше ничем помочь не может.
Когда Андрей увидел фотографию в паспорте, внутри у него неприятно ёкнуло. Лицо девушки показалось до боли знакомым.
По дороге домой память начала возвращать ему разрозненные картины давнего вечера. Виктория тогда сидела в стороне, почти незаметная среди шума и музыки. В ней не было той напористости, с которой обычно подходили к Андрею девушки, заранее зная о его деньгах, статусе и холостом положении. Наоборот, она держалась тихо, даже немного застенчиво. Именно это и привлекло его. Андрей сам подошёл к ней первым, что случалось с ним нечасто.
Разговор завязался легко, будто они знали друг друга давно. Виктория не представляла, кто он такой, не задавала вопросов о бизнесе и явно не догадывалась о его состоянии. Их общение быстро стало ближе, и однажды она осталась у него до утра. А уже на следующий день Андрею пришлось срочно уехать по делам в другой город. Командировка затянулась на несколько месяцев, а возвращаясь к привычной жизни, он постепенно вытеснил Викторию из памяти. Женщин вокруг него всегда хватало, а к случайным романам он никогда не относился серьёзно.
«Неужели Полина и правда моя дочь? Но ведь у нас с Викторией была всего одна ночь…» — эта мысль не давала ему покоя. «Почему она не связалась со мной? Почему ничего не сказала?» Ответить на это теперь было уже некому.
На следующий день Андрей снова приехал в больницу. На этот раз он хотел поговорить не с врачами, а с медсёстрами, которые видели Викторию почти каждую смену. Среди персонала нашлась женщина, общавшаяся с ней чаще других. Она рассказала, что Виктория держалась удивительно мужественно, хотя болезнь забирала у неё силы. Больше всего она хотела выжить — не ради себя, а ради дочери. Но когда почувствовала, что с каждым днём угасает всё сильнее, она приняла самое тяжёлое решение в своей жизни.
