Глава 1: Тупик
Стерильная белизна коридоров медицинского центра «Панацея» казалась Максиму Берестову саваном.
Он сидел на жестком пластиковом стуле, сжимая в руках кожаный портфель с результатами бесконечных анализов.
Профессор Коган, светило мировой эндокринологии, только что закончил изучать папку и теперь молча смотрел в окно на серый город.
— Максим Эдуардович, — наконец произнес старик, не оборачиваясь. — Я не буду кормить вас надеждами. Мы прогнали анализы Алисы через лаборатории в Швейцарии и Германии. Генетика — норма. Гормоны — в пределах допустимого. Но показатели крови падают, словно в песочных часах. У вашей десятилетней дочери системный отказ жизненных сил.
— Но должен же быть диагноз! — Максим вскочил, едва не опрокинув стул. — Она угасает на глазах! Три месяца назад она бегала в теннис, а сейчас не может держать ложку!
— В медицине есть термин «необъяснимый витальный дефицит», — тихо ответил Коган. — Организм просто перестает хотеть жить. Мы перепробовали всё: от плазмофереза до экспериментальных иммуномодуляторов. Реакции нет.
Максим вышел из кабинета, пошатываясь. Ему было тридцать восемь, он построил империю в сфере промышленного строительства, привык ломать преграды и покупать невозможное. Но смерть дочери не принимала чеки.
В палате было душно от запаха лекарств и ароматических свечей. Алина, вторая жена Максима, сидела у кровати Алисы. Родная мать девочки погибла в автокатастрофе пять лет назад, и Алина, тихая женщина с мягкими чертами лица, стала для ребенка спасением.
Она была профессиональным диетологом и теперь фанатично следила за каждой калорией, которую потребляла девочка.
— Как она? — шепнул Максим.
— Совсем слабенькая, — Алина поправила одеяло. Она держала в руках чашку с густым зеленым смузи. — Я добавила туда спирулину и вытяжку из эхинацеи. Лисонька, милая, выпей еще глоточек.
Девочка послушно открыла рот, и Максим содрогнулся. Его дочь, некогда золотоволосая и шумная, теперь напоминала фарфоровую статуэтку, из которой выкачали воздух.
Вечером к Максиму заглянул его старый друг, охотник-промысловик Степан.
— Слышь, Макс, — Степан мял в руках шапку. — Я знаю, ты в сказки не веришь. Но есть в глухих лесах на севере одна старуха. Её Пелагеей зовут. К ней возят тех, от кого врачи отказались. Мой дед к ней ползал со спиной, а ушел на своих двоих. Терять тебе нечего. Собирайся.
Глава 2: Дорога в туман
Путь занял двое суток. Сначала внедорожник, потом моторная лодка по порожистой реке, и наконец — три часа пешком через мшистое болото. Максим нес дочь на руках, завернутую в спальный мешок.
Алина категорически отказалась ехать, сославшись на то, что «этот дикарский поход окончательно добьет ребенка», но собрала в дорогу контейнеры с «лечебным питанием» и настояла, чтобы Алиса пила только её отвары.
