— Оксана, Дмитрий переводит деньги Анастасия. Мы так решили. У неё мастера уже стену разобрали, назад дороги нет.
— Какие ещё деньги?
— С вашего счёта. На ремонт. Не переживай, всё по‑родственному.
— Галина, это мои сбережения. Личные. Я их два года собирала…
— Оксана, не начинай. Для своих не жалко. Или ты нам теперь чужая?
Связь оборвалась. Оксана сразу открыла банковское приложение. И всё увидела.
***
Дмитрий дома устроился перед телевизором. Оксана, едва переступив порог, произнесла:
— Ты перевёл мои деньги.
— Наши, — спокойно поправил он.
— С моей карты. Ночью. Пока я спала.
— А смысл было тебя будить? Ты бы начала возмущаться, я бы не сомкнул глаз, а утром всё равно сделал бы перевод. Просто не стал тянуть.
Она замерла в коридоре, сжимая в руке пакет из «Магнита», который так и не выбросила.
— Дмитрий, ты вообще понимаешь, что это кража?
— Какая ещё кража, Оксана? Мы семья. Моей сестре понадобилось. Леся попросила. В чём проблема? Пойдём ужинать, я макароны сварил.
Макароны с маслом. Вот и весь «праздничный» стол.
***
Следующие две недели Оксана жила будто по инерции. На смене пробивала товары, приветливо улыбалась покупателям. Дома — тишина: поводов для разговоров не находилось. Дмитрий не чувствовал себя виноватым, потому что искренне не видел повода.
Позвонила Галина — благодарить.
— Оксана, Анастасия говорит, плитку уложили — красота! Вот видишь, а ты сомневалась. Она очень признательна.
— Я не сомневалась. Меня просто никто не спросил.
— Ой, ну что ты как ребёнок. Для родных жалко, что ли?
Как-то раз к её кассе в «Магните» подошла Анастасия. Тележка полная: шампунь, порошок, мясо, сыр, детские йогурты.
— О, Оксана, привет! — радостно воскликнула золовка. — Спасибо вам с Дмитрий огромное. Ванная теперь — загляденье. Я фото в семейный чат выложила, видела?
Оксаны в этом чате не было. Её туда не приглашали.
— Не видела.
— Я тебе отдельно пришлю. Правда классно получилось. Мастера управились за сто пятьдесят. Я даже на остаток кое-что для кухни присмотрела.
Сто пятьдесят. Из четырёхсот двенадцати. Остальное — «на остаток».
— Пакет нужен? — спокойно спросила Оксана.
— Два давай. Тяжёлое всё.
Она пробила два пакета по пять гривен. Анастасия сложила покупки и ушла.
За спиной стояли четыре человека в очереди. Никто ничего не понял. А Оксана продолжала сканировать чужие продукты, оплаченные её деньгами, и улыбалась — камеры ведь, работа ведь, «пакет нужен».
***
Надя с соседней кассы заметила перемены первой.
— Оксана, ты в последнее время совсем погасла. Не лезу, но если нужно — я рядом.
Наде пятьдесят шесть, в разводе, двое взрослых сыновей, живёт одна в Виннице. Из тех, кто, спрашивая «как ты», действительно хочет услышать ответ.
Оксана рассказала — без лишних подробностей. Надя не охала и не всплескивала руками.
— Карта на тебя оформлена?
— Да. Но доступ я сама дала. Два года назад.
— Зачем?
— Он сказал — на всякий случай. Мы же семья.
Надя помолчала, обдумывая.
— Банк вряд ли что-то вернёт. Ты дала доступ добровольно, формально взлома нет. Но у меня брат юрист, поговори с ним. Может, через суд получится что-то взыскать с Анастасия. Или с мужа, если вдруг дело дойдёт до развода.
— Я не планирую развод, — тихо ответила Оксана.
— Я и не утверждаю. Просто узнай варианты.
***
Через три дня Оксана всё же связалась с юристом. Он внимательно выслушал её, изучил скриншоты.
— Карта ваша, но доступ предоставлен добровольно. Банк ответственности не несёт. Можно подать гражданский иск к мужу — о неосновательном обогащении. Либо к золовке. Перспективы средние. Суд может занять от полугода до года. Расходы — примерно пятнадцать-двадцать тысяч гривен.
— То есть без гарантий?
— Да, гарантий нет.
Едучи домой в маршрутке, Оксана смотрела в окно и размышляла: деньги ушли. Вернуть их, скорее всего, не получится. Можно потратить год на тяжбы с Анастасия и ещё двадцать тысяч гривен — и неизвестно с каким итогом. А можно начать сначала.
Вечером она сделала две вещи. Открыла новый счёт — только для себя, без доступа для кого-либо. И убрала авторизацию Дмитрий со старого. На новый перевела аванс — три тысячи двести.
Дмитрий она сказала:
— Я отвязала тебя от моей карты.
