— Тарас, хватит, — процедила Оксана, даже не повышая голоса. — Дома тебе придётся объясняться уже не со мной.
Она подняла над столом пачку распечаток, и листы едва слышно зашелестели.
— Уважаемые гости, — её голос звучал удивительно спокойно, — последние шесть месяцев мой «перспективный» муж существовал исключительно за счёт банков. Курорты, драгоценности, аренда премиального авто для своей новой пассии — всё это оплачено кредитными средствами.
По залу прокатился глухой шёпот. Руководитель Тараса медленно встал, опираясь ладонями о столешницу.
— Вот уж не ожидал, Соколов, — холодно произнёс он. — Завтра к девяти жду заявление об уходе. В моём отделе должников с таким шлейфом не держат.
Дарина, мгновенно осознав, что её щедрый поклонник за считаные минуты превратился в безработного с долгами, резко развернулась к выходу.
— Дарина, подожди! — Тарас рванулся следом.
— Разбирайся сам со своими банками! — бросила она через плечо и скрылась в фойе, отчаянно цокая каблуками по мрамору.
Богдан, стараясь не привлекать внимания, бочком продвигался к двери. Лариса Валерьевна тяжело опустилась на стул и принялась нервно теребить платок на груди, словно он мог её спасти.
Оксана неторопливо сложила документы обратно в конверт.
— Банкет оплачен полностью, — произнесла она в микрофон. — Прошу не стесняться, продолжайте вечер. Тарас, за своими вещами можешь прийти завтра с десяти до двенадцати. После этого я сменю замки.
Она аккуратно положила микрофон и, взяв сумку, направилась к выходу. Гости расступались молча. Никто не рискнул окликнуть её или встать на пути.
На улице её встретил прохладный влажный воздух. Ветер растрепал причёску, но сейчас это не имело никакого значения. Впереди были встречи с юристами, заседания и кипы бумаг.
Прошёл год.
Судебные процессы завершились именно так, как они с подругой и рассчитывали. Адвокат убедительно доказал: все займы брались Тарасом и тратились им исключительно на личные удовольствия. Суд обязал его погасить долг самостоятельно. Квартира, разумеется, осталась за Оксаной.
С работы его уволили в тот же день. В их узком профессиональном кругу новости распространялись молниеносно, и ни одна серьёзная компания не захотела связываться с человеком, за которым тянулся хвост скандала и непогашенных обязательств. Теперь Тарас трудился экспедитором на складе в области.
Жил он вместе с Ларисой Валерьевной в её тесной квартирке на первом этаже. Свекровь регулярно жаловалась соседкам у подъезда на «жестокость» невестки, которая якобы разрушила жизнь её сына. Дарина исчезла в ту же ночь и больше в их истории не появлялась.
Оксана же не стала кардинально менять сферу деятельности. Она по-прежнему работала в аудите, но приняла предложение крупной компании и заняла руководящую позицию.
Стоя у панорамного окна нового кабинета, она просматривала финансовый отчёт. Внизу тянулся бесконечный поток машин. Телефон завибрировал — незнакомый номер. Она ответила почти автоматически.
— Оксан… не отключайся, — голос Тараса звучал глухо и устало. — Я хотел сказать… Я всё испортил. Если бы можно было вернуть время…
Она на мгновение задержала взгляд на сером асфальте внизу и вспомнила тот вечер, банковское уведомление и ледяную пустоту, сковавшую её тогда.
— Прошлое не переписывают, Тарас, — спокойно сказала она. — Желаю справиться с выплатами.
Оксана завершила звонок, добавила номер в чёрный список и вернулась к документам. В её отчётах всегда царил безупречный порядок. И в собственной жизни она больше не позволяла хаоса.
