Львова.
— То есть бесплатно? — переспросила я, и собственный голос показался мне слишком резким, почти стеклянным. — И ещё с обедами впридачу?
— А разве в этом есть что-то странное? — искренне удивилась Тетяна Петровна, будто я спросила нечто неприличное. — Ты же всё равно по выходным катаешься в тот район, в торговый центр. Заодно и к мальчику зайдёшь. Ему непросто одному в большом городе. А деньги… Оксана, неужели родственные связи измеряются гривнами? Мы ведь семья. Почти родная кровь.
Тарас наконец отставил бутылку и осторожно вмешался:
— Мам, вообще-то Оксана из этих денег выплачивает кредит за нашу машину.
— Тарасик, — свекровь полоснула его взглядом так, что можно было заморозить чайник на плите. — Машина — это просто кусок металла. А Назар — живой человек. И потом, Оксана неплохо зарабатывает в своей аптеке, я видела, сколько стоят у неё витамины. Неужели трудно поддержать родственника?
Оставшаяся часть вечера тянулась для меня, как пытка в шерстяном свитере посреди июльской жары. Он будто царапал кожу изнутри, не давал вдохнуть полной грудью и вызывал одно желание — вырваться и сбежать. Гости постепенно разошлись, музыка стихла, но напряжение не исчезло. Мы остались вчетвером: я, Тарас и его родители, явно настроенные довести разговор до нужного им результата.
Когда мы вернулись к нам «на чай», Тетяна Петровна перешла к активным действиям. Из её сумки появился блокнот, и она с деловым видом начала составлять перечень того, что следовало подготовить к приезду Назара.
— Значит так, — диктовала она, расхаживая по моей кухне, словно командующий по только что занятой территории. — Постельное бельё нужно новое. После квартирантов оставлять — негигиенично. Матрас обязательно ортопедический, у мальчика спина слабая. И интернет подключи самый быстрый, он же у нас айтишник, ему без этого никак.
Я молча стояла у окна, глядя на огни ночного города. Внутри вдруг стало удивительно тихо. Такое спокойствие бывает в самом центре бури, когда вокруг всё рушится, а в середине — пустота.
— Тетяна Петровна, — произнесла я, не оборачиваясь. — Вы говорили, что у вас для меня есть подарок. Хотели обсудить его позже.
Она замерла. Ручка застыла над страницей.
— Ах да! — лицо её расплылось в довольной улыбке. — Подарок у нас замечательный. Мы с отцом решили преподнести тебе… шанс сделать доброе дело. Мы благословляем тебя на помощь Назару.
