— У меня есть полное право на этот час, пока дочка спит, — повторила Оксана, не отрывая воспалённых глаз от раскрытого конспекта.
— Право она имеет! — всплеснула руками Галина Петровна так, будто услышала нечто возмутительное. — Живёшь на всём готовом, толком пользы никакой, ещё и споришь! Марш за тряпкой, пока я Богдану не рассказала, кого он в этом доме кормит!
Старшая невестка, Олена, словно существовала в иной вселенной. Для любой тяжёлой работы у неё неизменно находился уважительный предлог. То внезапно «давление подскочило», то ноготь сломался, то после поездки в город требовался срочный отдых и тишина. И никто не сомневался в её объяснениях — принимали как должное.
Но больше всего Оксану ранило поведение Тараса. Стоило рядом появиться Олене, как он преображался до неузнаваемости. Его голос становился мягким, в глазах появлялся блеск, шутки сыпались одна за другой. Он услужливо вскакивал, предлагал помощь, улыбался так, будто перед ним была королева. Для собственной жены у него не находилось ни времени, ни элементарного участия.
Как‑то вечером Оксана стояла у мойки и молча очищала целую гору картофеля. Кожура падала в миску, пальцы ныли от холода воды. Тарас устроился за столом с телефоном. В кухню вплыла Олена.
— Ой, Тарасик, выручишь? Банку с вареньем никак не открою. Богдан уехал, а у меня сил совсем нет, — протянула она капризным голосом, поправляя безупречную причёску.
Телефон тут же оказался отброшен в сторону.
— Для такой красавицы — всё что угодно, — оживился он. — Какое подавать? С вишней или с персиками?
— Вишнёвое, — засмеялась Олена, кокетливо глядя на него из‑под ресниц. — Ты такой заботливый, вот кому‑то повезло.
Оксана стиснула нож так, что побелели костяшки пальцев. В груди поднималась тяжёлая волна — обида вперемешку с ревностью. Она в который раз убеждала себя, что Тарас просто легкомысленный и глупый, не понимает, как это выглядит со стороны.
Поздним вечером, когда дом наконец стих, Оксана вышла к сараю за дровами. Небо было густым и тёмным. Проходя мимо летней веранды, она притормозила: из открытого окна доносились голоса. Судя по тону, разговор шёл напряжённый. Говорили Тарас, Богдан и Галина Петровна.
— В этом месяце ты опять принёс гроши, — жёстко бросил Богдан. — Вы здесь живёте, едите, свет жжёте, воду льёте. Сколько мне ещё тянуть вас на себе?
Оксана невольно замерла в тени. Она ожидала привычного: сейчас Тарас начнёт мяться, оправдываться, обещать подработку. Но вместо этого прозвучал резкий, самоуверенный ответ:
— А ты не забыл, что моя Оксана вкалывает тут за двоих наёмных работников? — с вызовом сказал он. — Скотина ухожена, в сарае порядок, обеды и ужины на всех готовит она, дрова таскает каждый день. Благодаря ей вы экономите приличные деньги. Я свой вклад в общий дом её трудом полностью покрываю, так что не смей меня упрекать…
