— То есть я у вас что-то вроде расходника? — спросила я, позволив себе короткую, ледяную усмешку.
— Ты… да ты… — Татьяна Викторовна захлебнулась возмущением, лихорадочно выискивая нужные слова.
— Вы, Татьяна Викторовна, так уверенно распоряжаетесь не своими средствами, будто сидите в барской усадьбе, а я перед вами — бесправная дворовая девка, обязанная молча кланяться и выполнять приказы. Удобно, конечно, чужими руками жар из огня таскать. Только со мной этот номер не пройдет.
Такое сравнение окончательно сорвало с нее остатки самообладания. Свекровь будто нажала на внутреннюю красную кнопку и пошла в атаку без тормозов.
Посыпались проклятия, упреки в бессердечии, обвинения в чудовищной алчности и мрачные пророчества о том, как судьба непременно накажет меня за такую «черную душу».
— Ты ломаешь энергетику нашей семьи!
— У тебя внутри гниль! Мы тебе возможность открывали, хотели подпустить к большому делу, а ты нам в самое сердце плюнула!
— Семейная энергетика, к сожалению, не закрывает ежемесячные проценты по кредиту, — ровно ответила я. — На этом разговор закончен. Всего хорошего.
Когда до Татьяны Викторовны дошло, что ее дешевые нажимы и громкие фразы разбиваются о меня, как волны о бетонную плиту, она решила ударить последним аргументом.
Она демонстративно расправила плечи, поправила кофточку и с видом человека, выкладывающего на стол решающий козырь, заявила:
— Раз ты такая корыстная эгоистка, мой сын в этом доме не останется! Игорь не будет жить рядом с женщиной, у которой вместо сердца калькулятор! Он сейчас собирает вещи и уходит к родной матери, которая его любит! Скажи ей, сынок!
Игорь, явно не готовый к такому резкому развороту событий, растерянно заморгал.
Мысль о возвращении в мамину тесную квартиру в панельном доме, где его ждал старый продавленный диван, скрип по ночам и бесконечные воспитательные речи, явно не вызывала у него восторга.
— Мам, ну зачем сразу так… — протянул он тонким, жалобным голосом. — Может, мы еще как-нибудь договоримся…
— Никаких договоримся! — рубанула мать, будто командир на плацу. — Пусть посидит одна среди пустых стен и быстро поймет, кого потеряла! Или ты завтра идешь за деньгами, или развод!
— Замечательная стратегия, Татьяна Викторовна, — я поднялась и спокойно задвинула стул. — Игорь, твои чемоданы на антресолях. Иди собирай вещи.
Они застыли. Все трое — как по команде.
— Ты… ты просто пугаешь! — выкрикнула свекровь, в одно мгновение утратив весь свой напускной аристократический вид. — Да кому ты вообще будешь нужна с таким характером?! Еще приползешь просить, чтобы он вернулся!
