Только воспользоваться корпоративными счетами сейчас невозможно: они заблокированы на время оформления наследства. На всё про всё — семь дней. Если сумма не будет внесена, партнёры выставят штрафные санкции и получат право забрать часть бизнеса.
Артём и Елена Сергеевна молча обменялись взглядами.
— Тринадцать миллионов… — едва слышно произнесла свекровь. — Артём, а что, если продать твою квартиру, ту, что бабушка оставила? И мои сбережения добавить?
— Мам, этого всё равно мало, — Артём быстро прикидывал варианты, почти не моргая. — Хотя… Подожди. Можно взять кредит, заложить эту квартиру и твою тоже. Ещё я попробую занять у знакомых…
— Вы правда готовы? — я изобразила полную растерянность, будто едва держалась на ногах. — Может, проще отдать им долю и не рисковать?
— Нет! — одновременно выпалили они.
— Даже не думай, Мария, — Елена Сергеевна резко подалась ко мне. — Такую компанию нельзя отдавать посторонним. Деньги мы достанем. Артём всё устроит.
Следующие семь дней они метались, как люди в пожаре. Сбывали всё, что ещё можно было превратить в деньги: старую артёмову квартиру в хрущёвке, дачу Елены Сергеевны, её украшения из золота. Оформили несколько крупных займов под чудовищные проценты и, кажется, даже не задумывались, как потом будут их возвращать.
Я смотрела на эту суету с холодным, почти отстранённым спокойствием. Каждый вечер Артём звонил или приезжал и докладывал, будто совершал подвиг:
— Ещё два миллиона нашли! Мария, держись, мы уже почти справились!
Наконец настал день оформления. Мы встретились у нотариуса. Артём с видом победителя выложил на стол документы о переводе тринадцати миллионов на указанный счёт.
— Всё, — он провёл ладонью по вспотевшему лбу. — Обязательства закрыты. Теперь подписываем передачу акций.
Я взяла платёжные документы, не спеша пролистала каждый лист и аккуратно положила их обратно.
— Знаешь, Артём… — произнесла я тихо. — Недавно мне довелось услышать один разговор. Ночью. На кухне.
Он будто окаменел. Ручка выскользнула из его пальцев, глухо ударилась о лакированную поверхность стола и покатилась в сторону. Елена Сергеевна, сидевшая рядом, побледнела так, что её лицо стало почти серым.
— Мария… ты, наверное, не так поняла… — выдавил он.
— «Она не роковая женщина, Кирилл… Скорее надёжный товарищ. Удобная. С ней хорошо налаживать быт, брать ипотеку… Но крышу от неё не сносит», — я повторила его слова почти без интонации, глядя прямо в его расширившиеся глаза. — Как видишь, у “надёжного товарища” с памятью всё в полном порядке.
— Мария, это было не то, что ты подумала… Мы просто разговаривали… — поспешно вмешалась Елена Сергеевна.
Я подняла руку, не позволяя ей продолжить.
— Вы обсуждали, как забрать моё наследство. Как после получения компании отправить меня в маленькую двухкомнатную квартиру, к моим цветам, подальше от настоящих денег. Поэтому у меня для вас новость. Те самые тринадцать миллионов, которые вы так старательно собирали, уже направлены на закрытие долга перед благотворительным фондом помощи детям. Дедушка давно собирался сделать туда большой взнос, но не успел. Теперь его воля исполнена. Правда, за ваш счёт.
— Что?! — Артём резко вскочил. — Ты не могла так поступить! Это наши деньги!
— Согласно документам, которые ты лично подписал вчера, это добровольное пожертвование от вашего имени, — спокойно сказала я и достала из папки листок.
