Оксана удивлённо вскинула брови.
— А что с ней не так? Там ведь диван стоит.
— Это гостиная, — ровно ответила Марина. — А не место для внезапного ночлега.
Лицо Оксаны сразу стало жёстким.
— Вот как. Спасибо, очень приятно. Хорошо же вы о людях думаете.
— Я говорю не о людях, а о том, что они делают, — Марина не повысила голоса. — Когда кто-то приходит в чужую квартиру с сумками, не спросив хозяйку, он сам ставит себя в неприятное положение.
Игорь примирительно поднял ладони, будто пытался остановить ссору ещё до того, как она окончательно разгорится.
— Давайте без взаимных выпадов. Мы правда были уверены, что вы всё знаете.
— Теперь уже знаете, что нет.
Дмитрий снова сделал шаг вперёд.
— Марин, ну давай хотя бы на эту ночь оставим их. Уже поздно. Куда им сейчас ехать?
— Туда, откуда приехали, — сказала она. — Или в гостиницу. Или на дачу к твоему отцу, если он согласится. Но не в мою квартиру.
— Отец сейчас в селе, там и так тесно.
— Тогда это не мой вопрос.
Оксана резко вскинула голову.
— То есть вы сейчас выгоните нас с детьми на улицу?
Марина развернулась к ней полностью.
— Нет. Я даю взрослым людям возможность собрать вещи, которые они внесли сюда без моего разрешения. Дети уйдут вместе со своими родителями. Это не одно и то же.
Оксана побледнела от злости. Она схватила со стола телефон, но звонить никому не стала. Просто сжала его в руке так, словно этот предмет мог придать ей уверенности.
— Дима, ты вообще мужчина или как? — бросила она брату. — Твоя жена сейчас выставляет твою родную сестру.
Дмитрий дёрнулся, будто именно этой фразы и боялся.
— Оксан, не начинай…
— А что мне не начинать? — она сорвалась на резкий тон. — Ты сам сказал, что всё уладил. Сам сказал, что мы можем приезжать. Я детям пообещала, что у дяди Димы мы спокойно переночуем. И что теперь?
Марина резко посмотрела на мужа.
— Ты обещал им не одну ночь. Ты обещал, что они будут здесь жить.
Дмитрий провёл ладонью по затылку, избегая её взгляда.
— Я думал, потом мы с тобой поговорим.
— После того как они распакуются?
— Я не хотел устраивать скандал.
— Поэтому устроил его мне.
В комнате снова повисла тяжёлая тишина. Девочка прижалась боком к Оксане, мальчик уставился в пол. Марина это заметила и чуть смягчила голос, но уступать не собиралась.
— Дети могут подождать в комнате, пока взрослые решают, что делать дальше. А вещи начинайте собирать.
Оксана вдруг посмотрела на неё с кривой, вызывающей усмешкой.
— А если мы не станем их собирать?
Дмитрий резко поднял голову.
— Оксана!
— Что? Пусть ответит, — не унималась та. — Мы уже здесь. Не станет же она из-за родни мужа полицию вызывать.
Марина достала из сумки телефон и положила его на раскрытую ладонь экраном вверх.
— Стану.
Оксана на секунду растерялась. Игорь тихо сказал:
— Оксан, не доводи до этого.
Но её уже было не остановить.
— Да у вас сердца совсем нет? Мы ведь не чужие твоему мужу. У нас тяжёлая ситуация, дети и так на нервах, а вы только про свои квадратные метры.
— Именно потому, что это моя квартира, я и решаю, кто здесь может жить, — ответила Марина. — А ваши трудности надо было обсуждать до переезда, а не после того, как вы переступили порог с вещами.
— Ну почему вы такая каменная? — Оксана всплеснула руками. — У вас будто навсегда кусок пола попросили отдать.
Марина указала взглядом на свёрнутый матрас.
— Люди с матрасами не приходят просто переночевать.
Игорь посмотрел сначала на матрас, потом на жену. На его лице мелькнула усталость. Похоже, до него уже дошло: удобный, как им казалось, план разваливается прямо на глазах.
— Дим, — негромко сказал он, — может, правда снимем номер? Утром спокойно решим, что делать.
Оксана повернулась к нему так резко, что волосы хлестнули её по щеке.
— На какие деньги? Ты опять со своим «утром решим»? Мы уже дорешались.
— Только не здесь, — тихо ответил Игорь.
Эти два слова Марина расслышала очень отчётливо. Игорь, в отличие от Оксаны, границу почувствовал. А вот Дмитрий всё ещё стоял посередине — как человек, который надеется, что шторм сам собой утихнет, если немного подождать.
— Марин, — произнёс он почти шёпотом, — пожалуйста. Один день.
— Нет.
— Я прошу тебя.
— Просить надо было до того, как ты отдал им ключи.
Оксана насторожилась.
— Ключи? Дима, она о чём говорит?
Марина медленно повернула голову к ней.
— У вас есть ключи от моей квартиры?
Оксана ответила не сразу. Её взгляд на мгновение метнулся к сумке, стоявшей на стуле. Этого было достаточно.
Марина шагнула к сумке.
— Не трогайте мои вещи! — вскрикнула Оксана.
— Тогда достаньте ключи сами.
— Это ключи Димы!
— Дмитрий не имеет права раздавать ключи от моей квартиры без моего согласия.
Дмитрий быстро подошёл к сестре.
— Оксан, отдай.
— Вот ещё! — она прижала сумку к груди. — Мы не воры какие-то, чтобы с нами так разговаривали.
Марина посмотрела на мужа. Впервые за вечер он выглядел не просто виноватым — он был напуган.
— Ты сделал им дубликат?
— На всякий случай.
— На какой именно случай?
— Чтобы они могли войти, если нас не будет дома.
Марина коротко, почти беззвучно усмехнулась и сразу замолчала.
— Нас? Меня ты из этого «нас» уже, видимо, вычеркнул.
Она начала набирать номер. Дмитрий тут же протянул к ней руку.
— Марин, не надо. Я сейчас сам всё улажу.
— Ты уже уладил. Теперь буду улаживать я.
Сначала она позвонила не в полицию, а соседке снизу — Тамаре Юрьевне. Та считалась старшей по подъезду, знала практически всех жильцов и одним своим появлением умела превращать любой домашний бардак в почти официальный акт с фамилиями и свидетелями. Марина говорила спокойно и чётко:
— Тамара Юрьевна, добрый вечер. Вы не могли бы подняться ко мне на пару минут? У меня в квартире находятся посторонние люди с вещами, без моего согласия. Да, я дома. Да, собственник — я. Буду очень благодарна.
Дмитрий схватился за голову.
— Зачем соседей сюда вмешивать?
— Чтобы были свидетели: я попросила людей уйти мирно.
Оксана зло усмехнулась.
— Целое представление устроили.
— Нет, — сказала Марина. — Фиксацию происходящего.
Через несколько минут раздался звонок в дверь. Марина открыла. На пороге стояла Тамара Юрьевна в домашней кофте, с телефоном в руке. Она быстро окинула взглядом прихожую, чужие сумки, обувь, коробки, а потом перевела глаза на Марину.
— Добрый вечер. И кто это у нас тут решил заселиться?
Оксана фыркнула.
— Никто не заселяется. Мы родственники.
— Родственники тоже сначала спрашивают разрешения у хозяйки квартиры, — сухо заметила соседка.
Дмитрий попытался вмешаться:
— Тамара Юрьевна, это семейное дело.
— Семейное — это когда вся семья в курсе, — отрезала она. — А когда хозяйка возвращается домой и обнаруживает чужие чемоданы, это уже совсем другая история.
Марина впервые за этот вечер почувствовала, что она больше не одна против нескольких человек. Она не расслабилась, но напряжение в плечах немного отпустило.
— Я прошу их собрать вещи и покинуть квартиру, — сказала она. — А ключи, которые были сделаны без моего согласия, вернуть.
Оксана вскочила с места.
— Да кто вы вообще такие, чтобы нас выгонять? Дима, скажи им хоть что-нибудь!
Дмитрий стоял бледный, почти серый. Последние остатки уверенности исчезли с его лица. Он посмотрел на сестру, потом на жену, затем на Тамару Юрьевну.
— Оксан, собирайтесь.
— Что?
— Собирайтесь, — повторил он глухо.
— Вот как, значит? Сам позвал, а теперь спрятался за женину спину?
Тамара Юрьевна приподняла брови.
— Молодая женщина, следите за словами. Здесь дети.
Оксана стиснула ручку сумки так, что побелели пальцы. По её лицу было ясно: спорить она ещё готова. Но Игорь уже молча начал складывать вещи обратно в коробку. Двигался он быстро, без лишних реплик. Мальчик так же молча стал помогать ему. Девочка тихонько спросила:
— Мам, мы домой поедем?
Оксана резко повернулась к дочери, но ничего не сказала. Вместо ответа она полезла в сумку, вытащила связку ключей и с силой швырнула её на стол.
— Забирайте. Да подавитесь вы своей квартирой.
Марина не двинулась с места. Она посмотрела на Дмитрия.
— Возьми ключи и положи мне на комод.
Он молча сделал так, как она сказала. Марина подошла к входной двери и распахнула её шире.
— У вас десять минут. Если начнутся оскорбления, я сразу вызываю полицию.
Оксана процедила что-то себе под нос, но вслух больше не спорила. Игорь вынес в коридор первый чемодан. Дмитрий было рванулся помогать, однако Марина остановила его одним взглядом.
— Твои вещи мы обсудим отдельно.
Он застыл на месте.
Оксана услышала это, резко обернулась и посмотрела на брата так, словно готовилась бросить ему новое обвинение.
