И всё же какая-то неясная сила снова и снова влекла его к тому самому двору — так, будто виновного неудержимо тянет вернуться туда, где всё случилось. Дмитрий сам не понимал, чего ищет и зачем приезжает. Но однажды всё-таки не выдержал и снова оказался там.
Он немного постоял у машины, глядя на знакомые окна и подъезд, потом решил, что пора уезжать. Уже собирался сесть за руль, когда заметил Марию. Девушка шла через двор медленно, с опущенной головой, словно считала трещины в асфальте. Дмитрий почему-то вышел ей навстречу.
Когда она поравнялась с ним, то подняла глаза и резко остановилась.
— Я вас помню, — сказала Мария настороженно. — Это вы тогда едва не наехали на нас с Кириллом. Вы за нами следили! Что вам нужно?
— Вы ошибаетесь, — попытался возразить Дмитрий. — Наверное, приняли меня за кого-то другого.
— Нет. Это были именно вы. Я запомнила номер вашей машины. Уходите, иначе я сейчас вызову полицию.
Она уже потянулась к сумке за телефоном, но Дмитрий торопливо заговорил:
— Подождите. Я не знаю, что он вам рассказывал, но ваш… знакомый сбил мою жену. А потом просто уехал. Она была беременна.
Мария побледнела, но тут же упрямо покачала головой.
— Кирилл говорил, что она сама выбежала под колёса. На записи с камер это было видно.
— Она переходила дорогу, — жёстко произнёс Дмитрий. — А он мчался слишком быстро, там так ездить нельзя. Может, был пьян. Иначе она не погибла бы на месте.
Мария смотрела на него уже не с вызовом, а с растерянным недоверием.
— Я… не знаю, что думать.
— Вы правы только в одном: я не смирился с решением суда. Я хотел ему отомстить. Долго хотел. Но он погиб без моего участия. Моя вина лишь в том, что я не сумел защитить свою жену. Если вы его любили, то, возможно, поймёте, каково это — потерять человека и годами не находить покоя. Простите.
Он развернулся и пошёл к машине, больше ничего не добавив.
Поздно вечером телефон зазвонил. Номер был незнакомый.
— Я хотела сказать… мы с Кириллом знали друг друга с детства, — без всякого приветствия начала Мария. — В одной школе учились, в одном подъезде жили. Только он меня никогда по-настоящему не замечал. Потом его посадили… Мы не были вместе. Просто мне стало его жалко. От него все отвернулись.
Она замолчала.
— Откуда у вас мой номер? — тихо спросил Дмитрий.
— Это неважно. Я весь день думала о том, что вы рассказали. Я вам верю.
Связь оборвалась, и в трубке послышались короткие гудки.
В ту ночь Дмитрию снова приснилась Алина. Она, как прежде, шла к нему навстречу и улыбалась. А он опять никак не мог приблизиться к ней, будто между ними оставалось невидимое расстояние, которое невозможно преодолеть.
Утром, садясь в машину, Дмитрий вдруг впервые за долгое время заметил, что на кустах набухли почки. В воздухе стоял тонкий запах весны. Ему показалось, будто он проснулся после бесконечно долгого сна.
На телефон пришло сообщение.
«Хорошего дня!» — написала Мария.
Дмитрий невольно улыбнулся и повернул ключ в замке зажигания.
«Горькая истина в том, что человеческая жизнь соткана из непримиримых противоположностей: света и тьмы, рождения и смерти, радости и боли, добра и зла. Никто не может знать наверняка, что однажды одно окончательно возьмёт верх над другим — добро над злом или счастье над страданием. Жизнь всегда была полем битвы. И если бы эта борьба прекратилась, сама жизнь тоже подошла бы к своему завершению».
Сергей
«Я не верю в Бога. Я верю в земную справедливость — в то, что каждый наш поступок, дурной или добрый, однажды возвращается к нам. Именно в такое правосудие я и верю».
Олег
