Из-под чехла она вытащила ту самую корпоративную карту, которая была привязана к её счёту.
— Эй, ты что творишь?! — Роман наконец очнулся и рванулся к ней.
— Возвращаю то, что моё, — ровно ответила Кира и убрала карту в карман. — Доступы к счетам я сейчас же поменяю через службу поддержки, а завтра поеду в банк и закрою этот счёт лично. Больше оттуда не уйдёт ни копейки.
— Ты не можешь так сделать! — взвыл Роман, мгновенно сообразив, что привычный источник денег перекрыли. — Банк теперь начнёт с меня удерживать! Они мне всю зарплату до последней гривны снимут! Я же без еды останусь!
— Блинчики поешь, — Кира коротко кивнула на тарелку, затянутую пищевой плёнкой. — Мама ещё испечёт.
— Кир, не сходи с ума. Это же семейные деньги!
— Нет. Это деньги моего ФОП. И если ты ещё раз попробуешь туда залезть, я подам заявление о краже. Ты пользовался моим доверием, пока я лежала под капельницей и не могла даже телефон нормально держать.
Наталья Юрьевна протиснулась вперёд, заслоняя сына своим крупным телом, будто собиралась прикрыть его от несправедливого мира.
— Ты вообще соображаешь, девочка?! — завизжала свекровь. — Ночь на дворе, а ты мужа из дома выставляешь! Совсем разум потеряла из-за своих грошей? Квартира общая!
— Квартира съёмная, Наталья Юрьевна, — Кира обогнула их и прошла в прихожую. — Договор аренды оформлен на меня. И оплачиваю её тоже я.
Она распахнула входную дверь.
— У вас десять минут. Роман берёт только самое нужное. Остальные вещи заберёте завтра.
— Сама потом приползёшь! — огрызнулся Роман, но к шкафу всё-таки направился. — Да кому ты нужна с таким характером? Будешь сидеть одна среди своих коробок и считать каждую гривну!
— Пойдём, сынок, — Наталья Юрьевна с достоинством вскинула подбородок и прихватила со стола свою тарелку. — Не опускайся до просьб перед этой хитрой. Пусть подавится своей арендой. Мы люди гордые, проживём.
Они вышли на лестничную площадку, продолжая громко возмущаться её неблагодарностью, жадностью и испорченным характером. Кира дождалась, пока их голоса отдалятся, затем молча закрыла дверь и провернула ключ в замке.
В прихожей всё ещё висел запах чужих духов. Кира прислонилась спиной к холодной стене и впервые за вечер позволила себе выдохнуть. Покупку собственного жилья теперь придётся отложить как минимум на год. Потерянных денег было больно жаль — почти до слёз. Усталость накрыла её тяжёлой волной, будто силы вытянули окончательно.
И всё же в квартире вдруг стало просторнее. Тише. Легче дышалось.
Через полгода Кира переехала в жильё поменьше, зато ближе к складу. Работа вошла в нормальный ритм: заказы шли стабильно, поставщики перестали нервничать, а она сама наконец перестала просыпаться среди ночи с мыслью, что кто-то снова списывает с её счёта деньги.
От общих знакомых до неё позже дошли новости. Роскошную веранду к новой крыше Наталье Юрьевне пришлось доделывать уже за собственные накопления. Роман такой долг не вытянул: его скромной зарплаты едва хватало даже на минимальные платежи.
На аренду отдельного жилья у него денег тоже не осталось. Так что «золотому парню» пришлось перебраться к матери на ту самую дачу, откуда до офиса он теперь добирался двумя электричками.
Говорят, под новой крышей им живётся прекрасно. Только на мясо для шашлыков средств у них больше не находится.
