Оксана продолжала подсчёты до самого вечера. К восьми часам у неё был готов список из пяти вариантов. Все — в диапазоне трёх–трёх с половиной миллионов гривен, в спокойных районах, с удобной планировкой и без явных изъянов.
— Завтра свяжусь с агентами и назначу просмотры, — сказала она, захлопывая ноутбук.
— Отлично. Я тогда отпросусь с работы, поедем вместе, — откликнулся Тарас.
— Конечно вместе. Это ведь наш дом. И решение должно быть общим.
Тарас кивнул и обнял её за плечи. Оксана осторожно прижалась к нему, положив голову на его плечо. Впервые за долгое время ощущение было не просто мечтой о лучшем будущем, а чем‑то почти осязаемым. Казалось, ещё немного — и у них действительно появится своё жильё.
В понедельник Оксана обзвонила всех риелторов. На субботу договорилась о трёх просмотрах, на воскресенье — ещё о двух. График получился плотный, но Тарас взял выходной и был настроен серьёзно.
Во вторник вечером у него зазвонил телефон. Он посмотрел на экран — и лицо мгновенно изменилось: лоб нахмурился, губы сжались.
— Богдан, — коротко произнёс он.
Оксана насторожилась. Младший брат Тараса, двадцать восемь лет. Где‑то числился менеджером, но постоянно влипал в долги. Уже трижды занимал у них деньги — и ни разу не вернул. Полгода назад просил тридцать тысяч гривен на «срочный ремонт машины». С тех пор — тишина.
— Да, слушаю, — Тарас приложил телефон к уху.
Он молчал, слушая, и с каждой секундой выражение его лица становилось всё более напряжённым.
— Правда? Когда?.. Понял… Ладно, приезжай. Разберёмся.
Он отключился. Оксана не сводила с него глаз.
— Что произошло?
— Просит встретиться. Говорит, срочно. Будет через час.
— Опять за деньгами?
Тарас неопределённо пожал плечами.
— Не сказал. Но голос у него… какой‑то взвинченный.
Оксана тяжело выдохнула. Внутри всё сжалось. Опыт подсказывал: ничего хорошего ждать не стоит.
Богдан появился ровно через час. Постучал и, войдя, сразу бросился в глаза своим видом: осунувшийся, с тёмными кругами под глазами, бледный. Пальцы нервно подрагивали.
— Привет, Тарас. Привет, Оксана.
— Садись, — Тарас указал на стул. — Рассказывай.
Богдан опустился, провёл ладонью по лицу, словно пытаясь прийти в себя.
— У меня серьёзная проблема. Очень серьёзная.
— Какая именно?
Он замялся.
— Я занял деньги. У одного человека. Думал, быстро прокручу и верну. Не вышло. Срок прошёл. Теперь требуют с процентами. Сто восемьдесят тысяч гривен.
Оксана почувствовала, как внутри всё похолодело. Сто восемьдесят тысяч — это почти всё, что они откладывали.
— Ты в своём уме? — Тарас резко выпрямился. — Зачем брать такую сумму?
— Хотел запустить дело. Не получилось. Деньги исчезли, а долг остался.
— И что теперь?
— Теперь меня прижимают. Если до конца недели не отдам — будут последствия. Я не знаю, что делать. Тарас, выручай. Одолжи.
Оксана поднялась со стула.
— Нет.
Богдан перевёл на неё взгляд.
— Оксана, послушай…
— Нет, — повторила она твёрже. — Ты уже три раза занимал у нас. Ни копейки не вернул. Сейчас просишь сто восемьдесят тысяч. У нас нет лишних денег.
— Я всё верну! Клянусь! Получу зарплату — сразу отдам!
— Ты говорил то же самое в прошлый раз. И в позапрошлый. Но мы так ничего и не увидели.
— Сейчас другое! Мне угрожают! Ты понимаешь?
— Понимаю. Но отвечать за свои решения должен ты сам.
Богдан резко повернулся к брату.
— Тарас, скажи ей. Я твой брат. Родная кровь. Ты что, оставишь меня один на один с этим?
Тарас молчал, уставившись в пол. Оксана видела, как в нём борются сомнения.
— Тарас, — жёстко произнесла она. — Даже не думай.
— Оксана… он же мой брат…
— Брат, который пользуется тобой. Который берёт и не возвращает. Который сейчас просит сумму, на которую мы копили два года.
Богдан вскочил.
— Вот оно что! Вы на квартиру собираете! Значит, квадратные метры важнее меня?
— Мы два года откладывали каждую гривну, — шагнула к нему Оксана. — Жили в тесной комнате, терпели соседей, экономили на всём. И наконец собрали нужную сумму. А ты приходишь и предлагаешь всё перечеркнуть. Ты хоть иногда думаешь не только о себе?
— Мне угрожают! — сорвался он. — Это не шутки!
— Это последствия твоих решений, — ответила она. — Не наших.
Богдан беспомощно развёл руками.
— Тарас… ты тоже так считаешь?
Тот стоял, переминаясь, будто слова застряли у него в горле. Оксана смотрела на мужа с нарастающей тревогой.
— Тарас, — тихо сказала она. — Пожалуйста, не надо.
Он не ответил. В комнате повисла тяжёлая пауза, и Богдан, воспользовавшись молчанием брата, уже набрал в грудь воздуха, собираясь продолжить.
